Сборник произведений похожий на книгу - „Звездочка моя!“ содержанием, для дальнейшего чтения на сайте

Звездочка моя! | Cтраница 40

— Ладно… Но только один раз, — ответила Клаудия. — А ты посмотри за Конфеткой, Солнце.

— Конфетка! Солнце! Ну и имена!

Конфетка прижалась ко мне и не знает, как себя вести. Она привыкла, что вокруг нее носятся, и с настоящими детьми она никогда не играла. И никто из нас не играл. Я сама их боюсь. Больше всего я боюсь, что они заметят мою убогую панду. Я умру на месте, если они поднимут меня на смех.

— Молодые люди, — сказала Клаудия, подходя к компании на качелях. — Разрешите маленькому мальчику покататься.

— «Молодые люди», — передразнили они ее высокопарную манеру говорить.

Я должна вступиться за Клаудию, но стоит мне встрять, они начнут надо мной смеяться. Да и Конфетку бросать одну не хочется.

— Дайте покататься, — храбро потребовал Ас. — Я Тигрмен, и я сейчас вас укушу!

— Псих ты, а не тигр, мелочь пузатая, — сказал один из них.

Вообще-то он выразился по-другому, гораздо грубее.

— Прекратите материться! Разве можно так называть маленького ребенка?! — возмутилась Клаудия.

— А ты, трусы со стразами, его мамочка, что ли? — спросил другой.

— Я их няня, — ответила Клаудия, и они заржали.

— Няня! Няня и два молокососа!

— Дайте я покатаюсь на шине! — снова потребовал Ас, сосредоточился и выдал: — Пожалуйста.

Потом молча схватил цепочку, но его тут же оттолкнули. Толкнули совсем легонько, но Ас еще очень маленький. И он упал.

От удивления он широко раззинул рот и стал похож на сбитого птенчика. Я не смогла на это спокойно смотреть.

— Стой здесь и никуда ни шагу! — приказала я Конфетке, сунув ей свою панду.

Я бросилась к Асу, который уже успел разреветься. Клаудия попыталась его поднять и унести, но он сопротивлялся.

— Я хочу покататься на шине! — ревет он.

Я беспомощно остановилась.

— Да тут еще одна психбольная. Не могу понять, на кого она похожа в этих перчаточках.

Зато я знаю на кого. Я один в один моя сестра Доля. Так почему бы мне не поступить сейчас так же, как поступила бы она?

— А ну, проваливай, придурок, дай ребенку две минуты покататься! Марш! — гаркнула я.

— А не то что? — спросила одна девочка.

— А не то сильно пожалеешь, — ответила я и схватилась за цепочку. — Слезай, иначе сброшу.

— Ну хорошо, хорошо.

И она спрыгнула с шины!

Я стою, будто громом пораженная. Я не надеялась, что она хотя бы с места сдвинется. Думала, она орать на меня начнет или в драку полезет.

— Да катайся, мне-то что, — и она толкнула шину в мою сторону.

Шина больно стукнула по ребрам, но я и бровью не повела.

— Вот, Ас, — торжествующе сказала я. — Садись катайся.

Он ткнулся в шину, все еще всхлипывая. Я подсадила его.

— Держись крепче, — и я легонько толкнула шину от себя.

Он визжит от счастья, а я с гордостью его раскачиваю. Клаудия и Конфетка в изумлении смотрят на нас. И ребята в капюшонах тоже. Потом с других таких же качелей соскочила другая девочка:

— Пусть твоя младшая сестра тоже покатается.

— Конфетка, хочешь? — спросил я, но она только крепче вцепилась в Клаудию.

— А почему у вас такие имена дурацкие? — спросила девочка.

— Потому что у нас родители идиоты, — ответила я. — И мы в этом не виноваты.

— У меня есть подруга, ее зовут Радость-Марли, тоже идиотское имя.

— А у меня есть подруга по имени Доля, — говорю я. — Но мне это имя нравится.

Мы поболтали с ней как подружки. Я еще раз девять или десять качнула Аса и остановила шину.

— Пойдем теперь с горки скатимся, — сказала я, снимая его с шины. — Спасибо, что уступили.

В ответ мне кивнули, и я отнесла Аса Клаудии, чувствуя, что росту во мне теперь метра три, не меньше.

— Пусть Ас с горки покатается, — сказала я. — Может, и ты вместе с ним? Я тебя подстрахую.

И они вдвоем катаются с горки. Ас счастливый слетает вниз. Конфетка ведет себя тише: боится, что горка грязная и что она запачкает розовые джинсики. Я со вздохом посмотрела на нее. Девочка, с которой я только что разговаривала, тоже понимающе вздохнула. На прощанье я помахала ей рукой, и она мне в ответ тоже.

— Ну ты даешь, Солнце! — воскликнула Клаудия. — Черт тебя побери.

Да, черт меня побери, да, да! Я поняла, почему Ас не вылезает из костюма Тигрмена. Я не хочу вылезать из костюма Доли!

Я надеялась, что Клаудия расскажет маме, как я разделалась с ребятами на игровой площадке, но мама слишком занята и никого из нас не стала слушать. В доме шумно, полно народу, все бегают туда-сюда из большой гостиной.

— Можно я хотя бы одним глазком посмотрю? — умоляет Конфетка, но ей все равно приходится ждать.

— Нет, милая, сначала тебя надо одеть! Что это за дешевая тиара у тебя в волосах? Где ты набрала столько барахла? Ну ничего, в комнате ждет стилист, он приведет твои волосы в порядок. Давай наверх, одна нога здесь, другая там.

— Мама, пожалуйста, я только гляну на секундочку! Я хочу посмотреть подарки.

— Нет, родная, тебе надо сначала одеться для людей из журнала. Ты же хочешь надеть свое красивое праздничное платье, правда? Так, идемте со мной. Я разложила всю одежду у себя в спальне. Но сначала в ванную. Клаудия, помоги мне. Что это за коробки? Это ты купила детям медведей? У них этих медведей знаешь сколько?

— Им подарили в магазине. Их узнала менеджер.

— Надеюсь, их не фотографировали. Любые фотографии — бесплатная реклама. Все подобные ситуации коммерческого характера необходимо согласовывать через Роуз Мэй.

Клаудия молча сглотнула.

— А еще мы ходили на детскую площадку, мама, — перевела разговор я.

— Да, и там какие-то плохие мальчики надо мной смеялись, — пожаловалась Конфетка.

— Они не хотели пустить меня покататься, мама, но Солнце их выгнала, — сказал Ас.

— Да, Солнце вела себя очень храбро, — сказала Клаудия.

— Какого черта ты повела их на детскую площадку? — резко спросила мама, стаскивая с Конфетки платье. — Захотелось неприятностей? Конфетка, дорогая, только посмотри на свои волосы, все спутанные. Но ничего, я пригласила хорошего стилиста. Он живо сделает тебе кудряшки как у принцессы.

Мама принялась расстегивать Аса:

— Солнце, шевелись! Раздевайся!

— Я не хочу, мама. Я совсем не запачкалась, так останусь.

— Ну почему ты всегда делаешь назло, Солнце? — зашипела мама. — А ну, быстро снимай эти жуткие дешевые джинсы, и эту майку, и эти придурочные перчатки.