Обещанная колдуну | Cтраница 18

В этот момент раздался какой-то треск. Я не поняла, что происходит. То ли рвется портьера, то ли лопается штукатурка. Я действовала скорее по наитию, чем осознанно. Подхватила Ирму на руки и бросила ее на пол — благо там лежал ковер с толстым ворсом, — а после закрыла собой.

Треск перешел в звон, вокруг меня сыпались осколки, только тогда я поняла, что раскололось оконное стекло. Каждую секунду я ожидала, что в спину вопьется осколок, острый, точно нож. И действительно, шею возле ключицы ощутимо кольнуло. Но, похоже, это было единственное ранение.

Когда все стихло, я подняла голову и огляделась. Спальня оказалась завалена битым стеклом, с волос посыпалась стеклянная крошка. В пустые рамы ворвался ветер, пузырем надувая занавески. Но мы с Ирмой, кажется, остались невредимы, если не считать осколка у моей шеи.

— Ты как? — спросила я сестренку.

Та испуганно кивнула. Я осмотрела Ирму и не заметила порезов, только после этого решила заняться собой. Подошла к зеркалу, отодвигая воротник. И ахнула.

— Что, Аги? Что случилось?

— Ничего, ничего, все хорошо… — пробормотала я, а сама, не веря своим глазам, продолжала разглядывать ключицу.

Нет, осколок меня не поранил. Но моя родинка в форме звезды изменилась. Один из ее лучей бесследно пропал, теперь их осталось четыре.

Что это могло означать? Если учесть, что я уцелела под градом осколков, то, возможно, родинка это и есть та самая магическая защита. И у меня, выходит, пять жизней. Вернее, теперь на одну меньше.

А что же родинка Тёрна? Что она означает? Почему у него только четыре луча? Я тряхнула головой, прогоняя ненужные сейчас вопросы.

На шум сбежались родные. Нас ощупали, отряхнули, заставили переодеться.

Я была точно во сне. За ужином не ощутила вкуса тефтелей и даже, кажется, съела их вместе с соусом.

Одно радовало — мама не сильно обожглась, да и Верн сумел спуститься к столу. Ада, хотя и осталась на диване, уже сидела, обложенная подушками, и ела с аппетитом. С моей семьей все было в порядке. Пока…

— Аги сегодня ночует у Ады в спальне, — сказал папа. — Завтра вставим новое стекло. Ада пока останется в гостиной под моим присмотром.

Ада расцвела. Папа собирался дежурить у ее постели, и сестренке это польстило.

А я… Трудно сказать, что я чувствовала сейчас… Целый коктейль чувств. Но сильнее всего печаль, ведь сегодня мне придется оставить семью — и, скорее всего, навсегда. Я ничем не выдала своей грусти и смятения, однако, отправляясь в спальню, обняла всех по очереди крепко-крепко.

— Все устроится, Агата, — сказал папа, целуя меня в щеку.

«Да, папочка, у вас все устроится…»

Я не собиралась ложиться спать. Время от времени я подходила к двери и прислушивалась к тому, что происходит в доме. Постепенно звуки стихали — братья, Ирма и мама ушли спать, слуги разбрелись по комнатам. Я представила Аду, которая дремала на диване в гостиной, и папу, что устроился в кресле у камина с книгой в руках.

Когда часы внизу пробили два часа ночи, я начала собираться. Аде недавно подарили костюм для верховой езды. Я не очень любила выездку, поэтому отказалась от костюма, но теперь он мне пригодится. Надеюсь, сестренка не сильно обидится. Хорошо, что за последний год Ада вытянулась и догнала меня — костюм пришелся впору.

Непривычно было чувствовать себя в брюках, но платье не годилось для того дела, что я задумала. Я поддела под замшевую куртку теплую кофточку и прихватила шарфик, чтобы повязать на голову: ночь выдалась холодной. Из вазочки выгребла мелочь — нам выдавали карманные деньги, но немного.

Осторожно, стараясь не шуметь, я открыла окно и выглянула наружу. Морозный ветерок иголками защипал кожу, но я буду двигаться и не замерзну. Хорошо, что сегодня новолуние: темная ночь добавляла шансов выбраться из дома незамеченной.

Разве могла я подумать, что всего через день после возвращения захочу по собственной воле покинуть родной дом?

Окно спальни Ады располагалось невысоко над землей, я зацепилась руками за подоконник и спрыгнула.

Я не собиралась идти к воротам, где меня немедленно заметят и сообщат отцу. К счастью, я давно изучила изгородь вдоль и поперек и знала, где расшатались колья, а где я могла перелезть поверху, вскарабкавшись по стволу.

Прежде чем уйти, я прокралась к окошку гостиной и, пытаясь не выдать себя, заглянула в комнату. Ада спала, подложив ладони под щеку, она выглядела такой беззащитной. И папа спал, вытянув длинные ноги, на его груди лежала раскрытая книга.

— Я люблю вас, — прошептала я.

А потом торопливо, не оглядываясь, поспешила в сад. Уже очень скоро я выбралась на дорогу. Я знала: если пойду по ней направо, на восток, то выйду к развилке перед домом колдуна. А если пойду налево, то окажусь у западных ворот, ведущих из города. В том направлении отправлялись военные обозы, туда уходили вооруженные отряды. На западе располагалась Граница Тени. Где-то там Даниель…

Вздохнув, набравшись смелости, я поспешно и решительно зашагала к западным воротам.

16

У меня не было плана, я плохо представляла, куда двигаться, знала только, что крепость, где несет службу Даниель, называется Черный Яр и располагается у южного отрога Сагосских гор. Выбравшись из города, я шагала всю ночь напролет по пустынному тракту. Надежда на то, что я встречу телегу или обоз, который бы двигался в направлении Границы Тени, не оправдалась. Под утро я уже с ног валилась от усталости, но здесь, в степи, негде было притулиться, чтобы передохнуть. Разве что лечь прямо на землю!

Я медленно брела, глотая пыль, когда со мной поравнялась телега.

— Эй, малютка, ты куда это направляешься?

Я оглянулась и увидела, что правит лошадью рябой мужичок из простых. За его спиной возвышалась гора мешков. Не оружие и не еда. Возможно, амуниция. И движется он нужном направлении!

— Я должна попасть в Черный Яр, — не стала юлить я.

Возница с любопытством оглядел меня, по лицу скользнула усмешка.

— Очередная девица убежала из дома к жениху, — хмыкнул он. — Возвращайся домой, глупая, пока родители не хватились. Тебе здесь не место.

Я вспыхнула. «Вы ничего не знаете!» — хотелось сказать мне. Но какие бы слова я ни придумала для оправдания, в целом история звучала как десятки подобных историй. Наивная влюбленная дурочка бросилась на поиски жениха.

— Я заплачу… — дрожащим голосом произнесла я, выгребая из кармана монетки. — А если… Если не возьмете, я все равно пойду дальше! Пешком!

Мужичок прищурился.

— Ох, упрямая! Ну залазь! Так и так скоро папка отыщет и задницу напорет!

Уговаривать не пришлось. Перемахнув за бортик, я с наслаждением растянулась на мешках. От мерного раскачивания телеги немедленно навалилась дрема, но возница скучал и был настроен поболтать.