Обещанная колдуну | Cтраница 17

Всех потряхивало, но волнение уже отпускало. Ада возлежала в ворохе подушек, как королева, и слабо стонала. Однако, судя по ее хитрому виду, сестренка оценила выгоду своего положения и решила воспользоваться ею по полной. Она жалобно просила то развести в камине огонь, то принести ей горячего взвара, то, напротив, требовала, чтобы ее обмахивали. И все беспрекословно подчинялись.

Не знаю почему, но я чувствовала себя виноватой. Ведь это я начала битву подушками. Хотя я не толкала ее, и мне, в общем, не за что было себя корить. Так бывает… Просто случайность!

К обеду мы все немного пришли в себя, и тогда случилась вторая крупная неприятность. Верн обварился кипятком. Служанка, как обычно, принесла на подносе чайник, который только что сняла с плиты, и собиралась водрузить его в центр стола. Но фаянсовый чайник, служивший нашей семье верой и правдой много лет, внезапно лопнул, когда Тисса наклонилась. От неожиданности она разжала руки, роняя поднос.

По большей части кипяток пролился на пол и на стол, намочив скатерть, но досталось и Верну. Брат с воплем вскочил на ноги. Воспитание не позволило ему стянуть брюки прямо на глазах матери и сестер, и Верн опрометью бросился наверх. Отец и Корн побежали следом.

Вернулся только отец. Его взгляд скользнул по Аде, что приподнялась на подушках, ожидая известий, по нашим напряженным лицам. Глядя, как он осунулся от переживаний, я готова была подумать о самом худшем.

— Все хорошо, — сказал он, и мы с облегчением переглянулись. — От ожога останутся волдыри, но ничего страшного не случилось. Корн решил составить Верну компанию, а мы, пожалуй, продолжим обед.

В полной тишине мы закончили трапезу.

— Ну и день сегодня, — вздохнула мама. — Все наперекосяк.

А меня снова затопило чувство вины. Но почему? Ведь я ничего не сделала…

15

После обеда отец уехал по делам, а мы остались в гостиной. Мама читала, Ада дремала на диване, а мы с Ирмой расположились на полу у ее ног и вышивали. Я обнаружила свою незаконченную вышивку на полке у себя в спальне и обрадовалась ей, как доброй знакомой. Теперь я пыталась закончить бутон цветка, но стежки ложились неровно. Маленькая сестренка и вовсе запутала нитки. Она сидела такая грустная и бледненькая, что я обняла малышку, прижала к себе.

— Все наладится, — шепнула я ей.

Ирма кивнула, пряча глаза, а на ресницах дрожали слезинки.

— Так жалко Аду и Верна. Будто какая-то злая сила поселилась у нас дома…

Я вздрогнула и невольно оттолкнула Ирму.

— Глупости!

— Девочки, не ссорьтесь, — немедленно вмешалась мама, но было заметно, что она думает о чем-то другом.

Время шло, солнце потихоньку стало клониться к закату. Скоро вернется папа, сядем ужинать, все будет хорошо. Просто день такой невезучий.

— Мамуля, что-то меня знобит, — подала голос Ада.

Огонь в камине почти прогорел, и мама встала, чтобы подложить в пламя поленце — другое. Она отодвинула защитный экран, присела на корточки и пошуровала кочергой. Сонные угольки налились алым, зашипели, вверх взметнулись искры.

Мы тысячу раз пользовались камином и всегда были осторожны. Никто не мог ожидать того, что случилось. Я пропустила момент, когда рыжее пламя перекинулось на мамину юбку, но та вспыхнула, словно факел. Мама растерянно вскрикнула, будто не верила своим глазам. Наверное, ей пока было не больно, пышная юбка не давала огню ожечь кожу, но выглядело это так страшно, что мы с сестрами остолбенели.

— Ма-ам, — осипшим голосом прошептала Ирма.

И ее тихий писк привел меня в чувство. Я кинулась к вазе с цветами, что стояла на подоконнике, выкинула букет и окатила горящую юбку водой. Но огонь не собирался сдаваться просто так, он уже перебрался на рукава.

— Падай, падай! — закричала я маме.

Подскочила Ада — и откуда только силы взялись — с покрывалом в руках. Мы сбивали пламя, но оно снова и снова оживало.

— Ирма, воды! Неси воды!

Однако от перепуганной Ирмы было мало толку, она присела на корточки и ревела в три ручья. Просто чудо, что именно в этот момент вернулся папа. Он кинулся к маме, укрыл ее покрывалом и навалился сверху, душа огонь. И тот наконец погас.

— Что же это, что же это… — бормотала Ада.

Пошатнувшись, она села на пол. Я обвела комнату очумевшим взглядом, не веря, что такое возможно. Остро пахло дымом, хлопья сажи летали над полом. Мама стонала, Ирма икала от страха.

— Папа… — прошептала я.

Мои глаза встретились с глазами отца. Мой любимый папа смотрел сурово, его взгляд будто обвинял меня в чем-то. Но вот он моргнул, и гнев стерся с его лица.

— Ирма, Агата, поднимайтесь в свои спальни и не покидайте их, пока я не скажу, — приказал он.

Я поднялась в свою комнату, точно во сне. Еще вчера я была счастлива, а теперь словно злой рок глумился над моей семьей. Я присела на край кровати и прикрыла глаза.

И очень-очень четко увидела лицо колдуна и вспомнила его слова.

«Агата, услышь меня сейчас. Ты подвергаешь свою семью огромной опасности…»

«Нет, нет, это неправда! — мысленно заспорила я с ним. — Это невозможно!»

Но воспоминание оказалось настырным.

«Сила, неподвластная даже мне, вырвала бы тебя из семьи любым способом…»

Вскрикнув, я подскочила на ноги и стала нарезать круги по комнате, покусывая кончики пальцев. Я ничего не знала о магии и договоре и, признаться, не хотела знать, но если это из-за меня несчастья обрушились на моих близких, то я должна бежать. Бежать как можно быстрее…

Но разумная, а может быть, трусливая часть меня нашептывала: «А вдруг это просто совпадение? Погоди, не спеши. Уйти ты всегда успеешь!»

В нерешительности я застыла напротив зеркала. Бледная девушка с растрепанными волосами и потемневшими от ужаса глазами посмотрела на меня из отражения.

— Аги, можно?

Я вздрогнула, не сразу сообразив, что это маленькая Ирма стоит на пороге. Вид у сестренки был такой несчастный, что я не решилась выгнать ее. Махнула рукой, приглашая.

Ирма вздохнула и поплелась к своему любимому месту в моей комнате. Она давно облюбовала широкий подоконник, даже устроила себе там гнездышко, наложив подушек. Вот и теперь она забралась в свой домик и сидела в нем, точно нахохлившийся воробей.

— Пока тебя не было, я каждый вечер приходила в твою комнату и сидела здесь, глядя в окно, — призналась сестренка. — Всё смотрела на дорогу и загадывала: если смогу не моргать пять минут, то ты обязательно появишься. Но ты так и не пришла…

— Вот, я здесь, — тихо сказала я.

Подошла и обняла маленькую теплую Ирму, прижалась щекой к ее щеке.