Сборник произведений похожий на книгу - „Попаданка в Зазеркалье“ содержанием, для дальнейшего чтения на сайте

Попаданка в Зазеркалье | Cтраница 48

— Странно, — хмыкнул Оуэн, — чего тут узнавать. Скоро состоится ваша с Тартом свадьба, и мы все хорошенько повеселимся у демонов. В этот раз я ни за что не соглашусь спать в крыле для прислуги, что бы Честа не задумала, а на правах вип-гостя потребую себе самую лучшую спальню.

— И, конечно, она тут же согласиться! Я бы на твоем месте не строила подобных иллюзий. Честа пообещала скормить меня своим питомцам, как только я снова ступлю на порог ее дома, а для тебя она выберет пытку помучительнее.

— И то верно, — пробурчал Оуэн, — как тебя угораздило связаться с ее сынком?

В ответ я расплылась в блаженной улыбке, вспоминая, сколько нежности, тепла и любви подарил мне за последний месяц Тарт. Никогда я не пожалею о том, что согласилась стать его женой, потому что демоны влюблялись лишь раз и навсегда оставались верны и преданны своей возлюбленной. Жаль, я узнала это на Демонологии перед самыми экзаменами, а то бы начала пользоваться полученными привилегиями раньше. Приручать демона оказалось самым моим любимым занятием, и я достигла определённых успехов.

— Оуэн, я хочу остаться с вами навсегда, — искренне призналась другу, который и не сомневался в том, что все так и будет. Увы, сомневалась я. Аврелиан — бог и создатель этого мира, и только ему решать, останусь я в Аврелии или вернусь обратно на Землю.

Я прошла вдоль границы плотного тумана, трепетно касаясь белоснежных клочьев пальцами, пока Оуэн шептал заклинание, сказанное ему по секрету самим ректором. На берегу друг со стоном опустился у самой кромки черной и вязкой воды, окуная в нее руки по самый локоть и блаженно жмурясь.

— Ты очень смелая, Злата, — произнес хранитель, отчаянно зевая и заваливаясь на бок. — Я ни разу не пожалел о том, что предложил тебе свою дружбу.

— И я, — ответила тихо, чтобы не потревожить покой парня, который уже мирно посапывал, уютно устроившись на серебристом ковре из трав.

— Ему стоит отдохнуть, — услышала я голос, такой знакомый и такой пугающий. Сегодня Аврелиан говорил тихо и обволакивающе, не проникая в мой разум и не пугая сознание очередными криками о том, что мне следует или не следует делать. — Здравствуй!

«Бог!»

В моем понимании бог должен выглядеть, как нечто эфемерное, облачно-дымчатое и ослепительно-сверкающее, но из воды вышел высокий мужчина с добрым взглядом янтарных глаз и мягкой улыбкой. Он выглядел иначе, чем тот юноша из видений, которые показала нам Злата. Волосы отросли ниже лопаток и свободно лежали по плечам, руки спрятаны в рукава белоснежной мантии, а на всем облике печать пережитых страданий. Нет, Аврелиан не пугал несчастным видом, но в его лице хранилось столько эмоций, что юношей его назвать язык не поворачивался, скорее умудренный опытом мужчина, который достойно перенес потерю любимой женщины. Морщины в уголках глаз и скорбные складки у рта добавляли ему открытости, а мощный разворот плеч и аристократическая бледность — поистине мужской притягательности.

— Здравствуйте, — поприветствовала я виновника всех моих бед, злоключений и, что скрывать, моего великого необозримого счастья.

— Ты ждала встречи со мной, — утвердительно произнес Аврелиан, предлагая мне кивком головы прогуляться по берегу озера и протягивая свой локоть.

Касаясь божественных одежд, я чувствовала такое смущение, что с трудом передвигала ноги.

— Я так надеялся, что ты останешься со мной, — начал Аврелиан, пока мое сознание кричало категорическое и настойчивое «нет», — но демон опередил мое желание, не так ли? — мужчина повернулся, а я поспешила закивать головой.

— Что ж, я расскажу тебе о своем мире, а ты выслушаешь и решишь, что же тебе делать дальше.

От слов Аврелиана мне сразу же стало тихо и спокойно на душе. Он предоставляет мне право выбора, но я уже знаю, что скажу ему в ответ.

И Аврелиан начал свой рассказ…

Глава четвертая

Завещание Златы

— Я любил ее, любил больше жизни, — начал Аврелиан, а у меня закралось предчувствие, что он никогда не произносил этого вслух, столько закравшейся боли и невысказанной тоски звучало в этих словах. — Не боялся ее силы, а благоговел перед способностями моей жены — самой искренней и ранимой женщине на всем Олимпе, которую изгнали только за то, что она родилась под светом Темной звезды.

Мы вместе начали создавать наш первый и единственный мир, и Злата радовалась, как ребенок, наделяя демонов, магов и эльфов своей темной силой, необузданной и дикой энергией, заключенной в таком хрупком теле. Она напитала элементалей своим могуществом, поселив их глубоко под землей и заставив служить целому миру, но это в конце концов и сгубило мою любимую.

Я — светлый бог, ущербный для всех, но бесценный для Златы. Она не считала мое неумение справляться с элементалями — слабостью, она гордилась людьми и хранителями, почитая их больше остальных, она благоволила им, одаривая щедрыми дарами. Но мое неумение удержать элементалей сыграло свою роль. Злата все больше сил отдавала на то, чтобы защитить границы мира от вторжения тварей из схлопнувшихся миров, от темной энергетики извне. Она чувствовала ее приближение, и всякий раз спешила демонам на помощь, а элементали воспользовались слабостью Златы. Ни одна сила, а тем более такая могущественная и агрессивная, как сила Темной звезды, не потерпит ограничений. Элементали вторглись в сознание Златы и стали истязать его, сводить с ума мою бедную девочку. Она кричала, молила меня о помощи, но я ничем не мог ей помочь.

Аврелиан замолчал, склонив голову и погрузившись в какие-то свои мысли, далекие от настоящего. Я не шелохнулась в ответ, продолжая держать его за локоть и боясь лишний раз вдохнуть. Он дрожал, дрожал всем телом, но на лице не проступило ни одной эмоции. Лицо Аврелиана, как гипсовая маска, бледной и безжизненной личиной застыла передо мной. Хорошо, что это продолжалось недолго, потому что я не умела жалеть богов и тем более поддерживать их в таком горе, как потеря любимой.

— Злата погибла, оставив мне завещание. Она напомнила о том, что ни один бог не уходит с Олимпа бесследно, остаточная энергия всегда попадает в тот мир, который создан ее родителями. Родители Златы — создатели твоего мира, — поделился со мной Аврелиан, а я удивленно округлила глаза.

«Вот это поворот. Сейчас я как никогда близка к тайне создания Земли!»

Но Аврелиан не вдавался в подробности, а я не смела его расспрашивать.

— Я начал поиски среди детей и создал Храм.

— Храм? — осмелилась я на вопрос.

— Я превратил наш со Златой дворец в то, чем он был изначально — Храм для обучения способных детей с Земли, с изначального мира. Я забирал души тех, кто хранил в себе божественную искру и приводил в наш со Златой дом. Постепенно слава о Храме дошла и до Олимпа, и отец Златы поддержал идею. Он отправил из-за гор самых низших богов со слабыми способностями, которые обучали моих детей. Одних я посылал в Аврелию, а другие служили целям богов.