Попаданка в Зазеркалье | Cтраница 47

Глава третья

Возвращение в Академию

— Боги, как же хорошо!

Я лежала в своей кровати, окруженная подушками и завернутая в легкое невесомое покрывало. Прозрачные стены замка, как панорамная линза, открывали обзор на далекие Бутылочные горы, долину Аврелию и озеро Рух. Прошел целый месяц тишины и спокойствия с тех пор, как я вернулась в магическую академию, и студенты усиленно готовились к первым в этом году экзаменам. Целый месяц без присутствия в моей жизни Аврелиана, которого я одновременно жаждала увидеть и боялась.

На полу высились стопки книг, схемы сложных заклинаний, а на полке собралось немалое количество камней для будущих амулетов, пока пустых сосудов для зелий, которые я должна сдать к концу года. Перед глазами стоял список заклинаний по демонологии, сданный вчерашним днем. Не самое сложное из всего пройденного материала.

— Пташка, я могу войти? — крикнул Догнар, предварительно стукнув в дверь ногой. Маг считал это самой вежливой формой приветствия и не стеснялся заявляться ко мне, несмотря на заверения Тарта однажды сжечь его на костре.

— Проходи, — пригласила я Догнара. В последнее время маг очень упорно подтягивал меня по Зельям, за что я искренне благодарила его, делясь редкими книгами из собственной библиотеки. Ключ от нее до сих пор хранился только у меня и ни берр Эль, ни ректор Наир не спешили его отнимать. — Что привело тебя ко мне в такую рань?

— Мне нужно спрятаться, пташка, — умоляюще произнес маг, разыскивая глазами свое любимое мягкое кресло. Он сам притащил его сюда, причем пользуясь исключительно силой собственных рук, и никому не позволял садиться на «свой трон». Старое пыльное кресло жалобно скрипнуло под немалым весом Догнара. За последний месяц он снова стал собой — огромным, дерзким и ярким представителем магов с хитрющими карамельными глазами и гривой непослушных волос.

— Снова не поделили с Марлен территорию? — спросила я парня. По возвращении в академию он третировал Марлен днями и ночами, за что она жестоко мстила. Однажды Догнар проснулся в вольере в компании разозленного грифона, чью подстилку он занял. Ректор Наир не смог доказать вину демоницы, но Аирэль позже жаловалась, что из ее коллекции редких зелий пропало «Опьяненное сознание». Очень опасное и коварное зелье могло заставить кого угодно выполнять волю хозяина — сильного волей мага или в случае с Марлен — демона! Тарт тогда очень злился и припугнул сестру возвращением домой в Круговые горы. Странно, но Марлен притихла, хотя я считала, что она спит и видит возвращение под крылышко Честы.

— Эта демоница своего добьется, я возьму над ней шефство, — зло пробурчал Догнар, прикрывая глаза. Видимо, маг всю ночь не спал, но я не стала спрашивать, где он провел эти часы, потому что Догнар часто медитировал, спрятавшись от всего мира.

После пребывания у целителей Древнего леса магический запас Догнара восстановился практически полностью, но магу запретили использовать его вне практических занятий. Парень скрежетал зубами, но держался, а мы следили, чтобы он не сорвался, и старались поддерживать, как могли. Используй Догнар магию сверх меры, и его магический запас истончиться до практически нулевого. И не факт, что после всего случившегося, Зиба будет рада племяннику. Маги злопамятны!

— Чем планируешь заняться в свой законный выходной? — лениво поинтересовался Догнар, когда я вышла из ванной, чтобы встретиться с Тартом перед завтраком. Мои экзамены закончились, и мастер Рурк признал, что я делаю определенные успехи.

«Великой тебе не стать! — любил повторять он изо дня в день, — но мы нашли твой главный плюс — артефакторика».

Я же гордилась собой, потому что с помощью друзей смогла, наконец, овладеть достаточными навыками в заклинаниях, чтобы избрать профильным предметом артефакторику, а не гончарное или кузнечное дело! Правда, мастер Рурк предлагал еще и ткацкий станок, но я упорно стремилась к самому сложному и победила!

Конечно, на первом курсе мастер Рурк брал готовый материал, и мы работали с тем, что есть, но к концу третьего он обещал подключить к моему образованию мага-артефактора. С профессором-магом я могла бы сама создавать артефакты, выплавлять украшения из заговоренных металлов и даже самостоятельно отправляться в экспедиции по добыванию редких драгоценных камней. Никогда не думала, что ювелирка так увлечет меня, но втайне от друзей и мастера Рурка рисовала украшения и амулеты, которые сделаю в первую очередь.

— Ты прав, Догнар, у меня законный выходной, — потянулась я всеми косточками, бросив взгляд в окно. — И, если до твоего вопроса я хотела встретиться с Тартом и идти на завтрак, то теперь мои планы поменялись. Не мучайся, ложись в постель, — помахала я магу, который без лишних церемоний последовал к моей кровати и плюхнулся в нее, зарываясь в подушки.

Спустившись в центральный холл, я миновала пару галерей и оказалась у выхода на открытые террасы. В последнее время они пользовались популярностью у студентов, которые располагались на лавочках в тени белоснежных столбов-исполинов, серебристых колокольчиков ростом с берр Эля, высаженных в мраморные вазы, и штудировали учебную литературу. Ветер свободно гулял по открытому пространству, принося долгожданную прохладу.

Зима в Аврелии разительно отличалась от привычного антуража самого холодного времени года в моем родном мире. Зимой в долине начиналась настоящая засуха, как в пустыне. Трава покрывалась некрасивым медным слоем пыли, цветы вяли, а воды озера Рух чернели, превращаясь в вязкое болото. Даже Бутылочные горы выглядели иначе — ржавели и прятались в клочьях серого тумана, который никогда не спускался в долину.

— Оуэн, рада встрече! — приложила я руку к сердцу, радостно обнимая друга. — Хранителей отпустили на каникулы?

— Да, — коротко кивнул парень, смежив воспаленные веки и прикладывая к вискам влажные листья уверны — растения, которое хранило в пористых слоях ледяные капли воды. — Если бы я выбирал, кем родиться, то никогда бы не выбрал хранителей.

Дело в том, что хранители любили воду и ненавидели жару и засуху, поэтому многие из них страдали во время зимы, прячась в домах и не показывая нос за пределы родных территорий. Оуэн терпел, как мог, но побочные эффекты становились все болезненней, поэтому ректор Наир разрешил другу посещать священное озеро Рух и проводить на его берегах все свободное время каникул. Я благодарила небеса за подобное решение и первым делом выпросила у берр Эля возможность сопровождать Оуэна.

— Пойдем, я отведу тебя на озеро, — потянула друга за руку. — Помнишь, что ты мне обещал?

— Как не помнить, — простонал друг, с трудом разлепляя красные веки. Выглядел он ужасно, и я спешила на берег озера еще и потому, что надеялась облегчить страдания парня.

— Что ты задумала? — спросил Оуэн, как только мы отошли на приличное расстояние от академии. Под ногами неприятно хрустела пожухлая трава, оставляя на светлой обуви ржавую пыль.

— Мне необходимо встретиться с Аврелианом, — не собиралась я скрывать от друга правду. — Я хочу узнать о своем будущем.