Сборник произведений похожий на книгу - „Лиловый рай. Роман. Том первый“ содержанием, для дальнейшего чтения на сайте

Лиловый рай. Роман. Том первый | Cтраница 54

За «термами» – патио с внутренним бассейном в пятьдесят метров. Бассейн общий, он для босса и для Джо, итальянца, его заместителя. Босс ещё его называет Джан. И ещё для кого-то, они ни разу не сказали, для кого, просто мы выстроили рядом ещё одни апартаменты и тоже оформили их с сумасшедшей роскошью. Я о них позже расскажу. Я сначала подумал, что, может, третьи апартаменты для любовницы, ведь босс скрывает факт строительства от своей семьи, а потом понял, что нет, не для любовницы. Никаких любовниц, которым будут строиться такие покои, у босса нет. Тогда я решил, что он гей, точнее, они оба – и он, и Джо. Но и это не так. На Втором плато увидите гостиничку для женщин, которых будут завозить сюда для утех. Офигеть, конечно, ну и размах. И я не о деньгах сейчас говорю. Но я отвлёкся. Давайте я вам лучше про апартаменты Джо расскажу, коротко, чтобы вас не мучить, а третьи апартаменты оставлю на десерт. Очень уж они роскошные. И вид с террасы в них – самый чумовой на всём острове, я вам отвечаю.

Тут снимки тоже.

Джо, кстати, очень закрытый чувак. Ни с кем не поболтает, весь в себе и так далее. И явный интеллектуал. Мы и апартаменты сделали ему под стать. Рафинированные, без вызывающей роскоши. Оформили их в духе любимой мистером Джо эпохи итальянского Возрождения».

«Сукин сын! – с чувством подумал Стив, оторвавшись от просмотра. – Значит, Джо интеллектуал, а я, выходит, тупой нувориш и любитель вызывающей роскоши? Ах да, я прагматик. Спасибо и на этом. Да-а. Где твоя верёвка, Стив Дженкинс? Удавись, пока не поздно, ты, инженер по холодильным установкам!»

«…Особенно удалась спальня. Вот она, здесь пять фоток сразу вывешены. Она небольших размеров, с выкрашенными в простой белый цвет стенами и двумя драгоценными гобеленами шестнадцатого века. Их босс подарил – специально для спальни Джо. Мы обставили спальню антикварной резной мебелью в барочном стиле и, чтобы усилить ощущение историчности, поставили вдоль стен крытые узорчатыми коврами старинные кованые сундуки. Джо заявил, что его спальня и кабинет – лучшие на вилле. Босс посмеялся в ответ, но ему было приятно это слышать.

Да, на вилле вообще нет живописи. Босс заявил, что устал от неё у себя дома, ведь он чумовой коллекционер. Кстати, дорогая тёща, я помню, что ты не любишь, когда я употребляю такие словечки, но здесь они сами просятся на язык. Честное слово. Он попросил заменить живопись чем-нибудь другим, и чтобы мы сами выбрали. Мы и украсили стены старинными китайскими панно и фрагментами индуистских храмовых барельефов, а вместо ваз и скульптур использовали античные кратеры (это типа ваз – на снимках видно), всё подлинное, естественно. В столовой (позже увидите) выставили средневековое европейское стекло и несколько великолепно сохранившихся итальянских тарелок из майолики (это вид фаянса) эпохи Возрождения.

Все предметы на вилле имеют музейное значение. Откуда их доставили? О, я не знаю. На босса работает целый штат. Кстати, он обожает ковры, потому на вилле их полным-полно. Самый большой, вытканный в Кашмире во второй половине девятнадцатого века, положили в холле. Думаю, вы обратили на него внимание на фотке. Там же, в холле, на одной из стен висит фрагмент восточного ковра четырнадцатого века, про который я вам уже говорил. Его привезли в специальном стеклянном корпусе с постоянной температурой внутри. Титановый сплав, подсветки и антибликовое стекло. Фотки прилагаются, смотрите. Чудо, конечно».

IV
IV
IV
IV

Конца рассказу видно не было, и Стив бросил чтение текста и быстро пролистал все снимки. И те, что видел, и те, что ожидались впереди. Сколько прекрасного на них запечатлено – и не перечислить. Просторная, оформленная в прованском стиле столовая с мебелью из выбеленного массива дуба. В ней – вручную расписанный потолок с хрустальной люстрой, а в стеклянных шкафах-витринах стоят батареи средневековых тарелок и ваз из керамики и стекла. Овальный стол накрыт скатертью из тончайшего фламандского кружева, её ещё заменяют на обеденную во время трапез. Да, он любит церемонии в духе английской аристократии и не стал ограничивать себя в желаниях здесь, на краю земли.

Его земли.

Он вспомнил эпизод, связанный со впечатлением, полученным от небольшого, примыкавшего к столовой санузла. Мораеш хотел облицевать его янтарём, но расчёты показали большие затраты труда и средств, а Стив сказал, чтобы он не мелочился и довёл задуманное до конца.

– Не понимаю, какого чёрта я решился на подобный эксперимент! – темпераментно заявлял ему Мораеш во время еженедельных отчётов. – Десять метров помещения дались мне труднее, чем всё вместе взятое на этом проекте.

Солнечное сияние отшлифованного камня, выложенного асимметричными, имитировавшими естественные поверхности пластами, в итоге полностью компенсировало приложенные усилия. Стив и Мораеш радовались, как дети, когда один сдавал, а другой принимал готовый объект.

– Почувствуй себя мухой в янтарной капле, – под довольный смех Мораеша предложил тогда Стив, указывая Джанни на выложенный янтарём унитаз. – Можешь застыть здесь на миллионы лет, а мы тебя потом откопаем и продадим подороже.

– Не мухой, а, скорее, тараканом, – мрачно шутил Джанни, но Стив видел, что его друг впечатлён.

Чёрт подери, если такой тонкий ценитель искусства приходит в восторг, значит, не все излишества можно считать данью собственным рефлексиям?

Он схватил смартфон и набрал Джанни.

– Джан, а где описания апартаментов ангела?

– Их нет.

– Почему?

– Он забыл их описать, видимо. Или просто не успел. Скорее, забыл, а потом не успел. Думаю, так.

– Вот и славно.

План
I
I
I
I

Мигель и его жена, Мария-Луиза, занимались любовью в роскошной, отделанной виньетками и сверкавшей яркими красками спальне и только оторвались друг от друга, как Мигель заявил, что хочет усыновить ребёнка.

Мария-Луиза не сразу поняла смысл его слов и ещё какое-то время просто лежала, глядя в вычурный, посверкивающий позолотой потолок, потом шумно заёрзала и, сев на кровати, взглянула на мужа с выражением крайнего недоумения на смазливом лице.

– Что ты сказал, Мигель? Я не поняла, что ты сейчас сказал?

– Я сказал, что хочу усыновить ребёнка. Мальчика.

Он лежал не шевелясь. Хотелось встать, чтобы раскурить сигару, но расслабленное тело не позволяло, и Мигель решил не дёргаться понапрасну.

– Ты что, с ума сошёл, Мигель? У нас Консуэлита есть, она выйдет замуж, и у тебя будут внуки.

В ответ он приподнялся на локтях и раздражённо рявкнул:

– Больше ни слова об этом. Я всё решил!

Лежать тут же расхотелось, и Мигель вскочил с кровати, чертыхаясь, вынул сигару из стоявшей на прикроватной тумбочке коробки и ушёл раскуривать её на увитый зеленью балкон.

Натягивая на ходу отделанный кружевами широченный шёлковый халат, Мария-Луиза поспешила следом.