Сборник произведений похожий на книгу - „Выжженная земля“ содержанием, для дальнейшего чтения на сайте

Выжженная земля | Cтраница 61

– Катаржина сказала, что видит твой страх и понимает тебя. Мара зовет себя матерью всех ведьм, но она – смерть. Все скоро начнется. Поэтому ты должна принять свою судьбу с распростертыми объятиями и не бояться ее.

О’кей? Неожиданно.

Начнется что? И…

– А какая конкретно у меня судьба?

Бел вновь нехотя перевел, выслушал Катаржину, а потом пристально посмотрел на меня.

– Гореть, – тихо произнес он. – Ты должна гореть во тьме.

По рукам побежали мурашки. Из уст старой ведьмы, которая жила вдали ото всех разворачивающихся событий, это прозвучало как роковое пророчество.

Катаржина многозначительно кивнула. Затем пробормотала несколько неразборчивых слов и покинула комнату. Я вопросительно уставилась на Бела. Но тот лишь пожал плечами.

– Пошла за десертом.

И мистическая атмосфера растворилась так же быстро, как и появилась.

– Я хотел перенести Катаржину в какое-нибудь надежное место. Но она хочет остаться здесь. Упрямая. Всегда такой была, – проговорил Бел и начал собирать со стола пустые тарелки.

Я сдвинула брови.

– Она в опасности?

– А тебя еще не удивляет, что мы до сих пор так мало слышали о Маре? – загадочно ответил Бел вопросом на вопрос.

– Она уничтожила тысячи праймусов. Я бы не назвала это «мало».

– Мара мыслит в других масштабах, Ари. И не в ее стиле при этом прятаться. И отступление тоже не в ее стиле, – вздохнул дьявол. – И тем не менее все это время она поступала именно так. Тут уже напрашивается вопрос, почему.

Теперь я сообразила, к чему он клонил. Он предполагал, что Мара к чему-то готовилась. Финальный выпад против всех, который гарантирует ее господство раз и навсегда.

– Все скоро начнется… – повторила я слова пожилой ведьмы.

– Без сомнения, – подытожил Бел и поднял стопку тарелок. – Мара долго планировала свой ход, пока мы были заняты другими вещами. А сейчас нам уже не остается ничего иного, кроме как приготовиться ко всемирному потопу, который определенно нас настигнет… Кофе?

Я апатично кивнула на обе фразы.

Праймус отнес посуду на кухню и удивительно быстро вернулся с двумя чашками фильтрованного кофе и свежим пирогом с маком. За ним шла Катаржина, но присаживаться не стала. Она подошла ко мне, взяла мое лицо в свои сморщенные ладони и поцеловала меня в лоб. Затем обняла Бела и удалилась из комнаты.

– Послеобеденный сон, – сообщил мне демон, прежде чем перейти к пирогу и кардинально сменить тему. – Ты знала, что однажды я был влюблен?

– Было бы грустно, если нет, – пошутила я. – Ты ведь довольно стар.

Откровенно говоря, я ожидала продолжения нашего типичного обмена колкостями, но в этот раз Бел повел себя по-другому. Он остался поразительно серьезен.

О, проклятие… мне знаком такой тип выражений лица. Для них существовала лишь одна причина: разбитое сердце.

– Что с ней случилось? – спросила я.

ней

Белиал долго молчал, словно предаваясь мрачным воспоминаниям. Затем он запил пирог кофе и произнес:

– Я все испортил.

Ох, звучало очень нехорошо. При обычных условиях я бы сразу начала расспрашивать, но тут была не до конца уверена, сколько он хотел мне рассказать или почему вообще затронул эту тему.

– Я уже давно пытаюсь исправить эту несправедливость, – продолжал он. – И как только я решил, что на шаг приблизился к решению, это решение оказывается тупиком. Поэтому у меня было такое плохое настроение. И поэтому я сейчас привел тебя сюда. И поэтому хочу тебя кое о чем попросить. – В бирюзовых глазах заблестела усталость, которую я не привыкла в них видеть. – Покажи мне кинжал.

Пульс у меня резко подскочил, разгоняя по венам адреналин. Откуда ему известно, что я носила при себе кинжал? Почему он хотел его увидеть? Это и было тем, что Бел собирался похитить из замка? Все-таки историю кинжала он знал задолго до всех остальных. Тогда же я вспомнила, как на совете он разбил свою кружку при первом упоминании артефакта.

Я почувствовала себя загнанной в угол, просвеченной насквозь и почему-то разочарованной. И как можно было хоть на мгновение допустить, что на этом свидании у Бела не будет никаких задних мыслей?

– У меня нет с собой кинжала, – нагло соврала я.

Бел возвел глаза к потолку.

– Эта иллюзия была разумным решением со стороны Люциана. В общем и целом, он, похоже, очень трезво рассуждает. Хорошо, что он официально заявил о вашей связи и доказал, что контролирует свою силу. Но меня такими фокусами не проведешь.

меня

Да уж, вот блин. Ну, попробовать стоило.

– Почему ты хочешь увидеть кинжал?

Я не сводила взгляда с Бела, стремясь не пропустить ни единого движения, изменения в его мимике или признака того, что он проворачивал что-то за нашими спинами. Пусть только попробует отнять у меня кинжал, и мы еще посмотрим, кто кого.

Однако Бел открыто выдержал мой подозрительный взгляд. Неожиданно у меня возникло ощущение, что я заглянула глубоко в его сердце.

– Потому что первой жертвой, которую потребовал кинжал, – сказал он, – была единственная женщина, которую я когда-либо любил. – Голос звучал сухо, но я чувствовала отчаяние, которое он не мог облечь в слова.

– Я клянусь тебе, что верну кинжал неповрежденным. Просто позволь мне еще раз взглянуть на ее душу.

Я медлила. Клятва обязывала его это сделать. Но если в кинжале действительно заключена душа любви всей его жизни, то это довольно веская причина, чтобы нарушить эту клятву. И черт с ней, с честью. Не говоря уже о том, что речь шла об оружии, которое могло убить Люциана…

Бел опустил голову и прошептал:

– Пожалуйста.

Его беспомощность застала меня врасплох и так тронула, что сжималось горло. Я не посмела бы отказать Белу в этом желании, поэтому решила прислушаться к своей интуиции. Аккуратно выудив кинжал из сапога, я положила его между маковым пирогом и кофейными кашками.

У Бела расширились глаза. Кажется, он вдыхал, но в то же время задыхался. Праймус бережно взял кинжал. Клинок и правда был старинным, эфес украшал единственный рубин. Несмотря на то что на металле отсутствовали какие-либо узоры или гравировка, а иллюзия Люциана заглушала энергию кинжала, она все равно чувствовалась: постоянная пульсация сотни плененных душ.

– Если вопреки ожиданиям в этом апокалипсисе от Мары мы все-таки получим свой хэппи энд, – тихо проговорил Белиал, – я попрошу у тебя этот кинжал.

Я медленно кивнула.

– И я дам его тебе.

Глава 20 Начало конца

После того как Бел слопал и свой, и мой кусок пирога, мы отправились в обратный путь на кладбище. Кинжал был вновь надежно спрятан в голенище сапога. Белиал не проронил больше ни слова по этому поводу, а я не стала приставать. Вместо этого он переключился на более безобидные темы.