Тёмное сердце ректора Гордеева | Cтраница 43

– Садись, – повторил Демьян. – Мне надо выпить.

Не понимая, какая тут связь, я села, открыв дверцу с другой стороны.

Ах вот оно что… На колени мне упала крышка бардачка, блеснула в мерцающей подсветке небольшая, плоская бутылка.

– Пьяные поедем? – фальшиво-радостным голосом спросила я.

– Да я глоток… – пробормотал он, не глядя отвинчивая крышечку и присасываясь к бутылке одним долгим, шумным глотком.  Отлепился, так же не поворачивая головы, отдал бутылку, предоставляя мне самой спрятать ее обратно в бардачок. А когда передавал, я заметила, как сильно дрожит его рука.

– Что… что случилось?

Его нервическое состояние передалось и мне – пальцы мои тоже задрожали вокруг бутылки, позвякивая дорогим кольцом, которое мне надели на палец для похода ресторан.

Он выдохнул.

– Я просто хочу знать… То, что сейчас произошло – я ведь не сошел с ума, правда? Ты тоже это видела?

Мои брови поднялись высоко-высоко.

– Что ты имеешь в виду?

– Мое… обращение. Я… превратился в змею, не так ли? Я был… змеей?

– Эмм… ну, да. Здоровенной такой, черной змеей – почти как удав, – я все еще не могла понять, отчего он выглядит таким потрясенным. – У вас ведь все обращаются в кого-нибудь… И я совсем не удивилась, когда ты принял свою животную форму… Что здесь такого, из-за чего ты решил напиться, да еще и за рулем…

Я осеклась под его ненормальным, ошалевшим, широко расширенным взглядом.

– Что здесь удивительного, ты спрашиваешь? Ну, как минимум то, что у змееподобных НЕТ животной формы. Мы меняем цвет глаз, цвет кожи… управляем иллюзиями… некоторые управляют огнем… Василиски могут убить одним лишь взглядом… Аспиды владеют водной стихией и отравляют ядом слюны… Но мы… со времен первых драконов… никто и никогда не становился в нашем роду настоящим змеем! – его голос упал до жуткого, громкого шепота, от которого мурашки побежали по коже. – Мы… не оборотни, Елена. Понимаешь?

Глава 29
Глава 29

Первое, что я сделала, когда в ошеломленном молчании мы тронулись с парковки – это достала из сумочки телефон и набрала сообщение Эльке.

Потому что нутром чуяла – дальше точно будет не до этого.

«Все в порядке, живая, здоровая. Не звони мне, все потом расскажу сама». Ожидаемо, сообщение подруга словила сразу же – видать, сидела на телефоне с тех пор, как оставила меня вчера рядом с аудиторией – и принялась мне трезвонить. Я выключила звук и убрала мобильник обратно в карман сумки.

Повернулась к Демьяну, как можно осторожнее положила руку ему на колено. Но он все равно вздрогнул, погруженный в свои мысли.

– Спасибо, что вылечил меня… Нет ничего лучше способности видеть. Совсем ничего.

Он мельком повернул ко мне голову и сжал мою руку своей.

– Я тоже очень рад, что ты прозрела, но… к сожалению, твоей благодарности я не заслуживаю. То существо, в коже которого я был… понимаешь ли, то был не совсем я. Это… кто-то другой… кто-то, кто знал лучше, что с тобой делать – причем на интуитивном уровне. Не рассуждая.

– Но как же ты помнишь об этом, если это не был кто-то другой? Ведь ты помнишь, что укусил меня? – в виде доказательства я показала ему свое плечо с двумя аккуратными точками – следами двух клыков черного змея.

– Я все помню… – он рассеянно мотнул головой. – И все же это был не совсем я…

– Ну, конечно. Это был внутренний ты. Твоя внутренняя сущность, – я говорила с такой уверенностью, с таким апломбом, словно защитила диссертацию по внутренним сущностям оборотней. Или не оборотней, а… как их там… «змеевидных».

– Вопрос, почему мой укус тебя вылечил… – продолжал озадачиваться Демьян. – Никогда о таком не слыхал, чтоб яд змеи вылечивал, а не травил…

Мы въехали в уже знакомый темный переулок между офисными зданиями, и на этот раз я увидела крыльцо со старинным лифтом совершенно без проблем.

– Мне кажется, нам надо спокойно сесть и записать все наши вопросы, прежде, чем пытаться на них ответить. Я тоже не понимаю, каким образом вдруг увидела сквозь стену… и что это за «аштар», которой меня называет твой змей…

И снова я не договорила – Демьян затормозил так резко, что мы оба врезались бы носами в переднюю панель, если бы не были пристегнуты.

– Как ты сказала? Аштар? Змей называл тебя своей… «аштар»? – повернувшись, он пожирал меня горящим, черно-фиолетовым взглядом, ноздри раздувались, как у животного… Мне снова стало страшно.

– А что… что это означает?

Вместо ответа он помотал головой.

– Нет… этого не может быть… – прошептал. – Простая смертная, пусть и Видящая… так не бывает… так нельзя… Но ведь и трансформаций тоже не бывает в нашем роду… – он на мгновение зажмурился, будто все это было для него чересчур, будто новая информация захлестывала его с такой скоростью, что он не успевал ее обработать. – Черт, но откуда-то же ты услышала это слово!

Рука на моем запястье сжалась крепче.

– Признайся, ты солгала, Елена. Я ничего не сделаю тебе, клянусь, только признайся! Скажи, что прочитала об этом где-нибудь… увидела красивое слово и решила воспользоваться…

– Что ты несешь? – я выдернула руку из его. – Где я могла об этом прочитать – слепая?! Да и с какой стати я бы стала рыться в чужих книгах?!

Я надеялась, что полутьма авто не выдаст легкого, пунцового румянца, покрывшего вдруг мои щеки. Потому что это именно то, что я собиралась сделать, пока была слепой – отпроситься в библиотеку и тайком порыться в чужих книгах. В принципе, я все еще собиралась это сделать, хоть теперь это сопряжено было с некоторыми сложностями и придется не отпрашиваться, а пробираться в библиотеку тайно.

Зато не придется читать руками – тем более, неизвестно, действенна ли еще Ольгина мазь, после того, как я стала сильнее.

Стоп! Не обращая внимание на то, что передо мной открыли дверцу, приглашая выйти, я уставилась на свои ладони.

Читать руками… читать руками…

А ведь стена «упала» после того, как я уперлась в нее ладонью и открыла свое внутреннее зрение! А что если… что если Ольгина мазь, сработала не так, как предполагалось!

– Избранная… Ну какая же она избранная, если проживет лет сто или немногим больше… – услышала я бормотание Демьяна уже снаружи, даже не заметив, когда он успел выйти. – Идём?

Он склонился и протягивал мне руку.

Каждый занятый своими мыслями, мы стояли возле машины, и пока мой ректор объяснял одному из майров, что, а точнее кто в багажнике и куда его надо привести, я пыталась сложить два и два.

кто

Демьян говорил, что магия либо совсем не действует на Видящих, либо действует слабо. А может… может, один из вариантов этого «слабо» - это… не так, как должна была?!