Тёмное сердце ректора Гордеева | Cтраница 29

– Никакая ты не рабыня. Ты – моя Видящая. Это довольно почетная должность, надо сказать.

Меня вдруг пробрало горьким смешком сквозь слезы.

– Слепая Видящая. Охренеть какая почетная должность…

Рука сжалась на моем плече крепче.

– Ты не слепая, Елена. Забудь это слово и никогда больше его не повторяй. Ты – временно пострадавшая от яда, от которого должна была умереть. Поняла?

Я сумрачно и неохотно кивнула.

– Поняла? – он встряхнул меня за плечо. – Ответь.

– Поняла.

– Я тебя вылечу, запомни это. И накажу виновных. При тебе.

– Как это романтично, – ухмыльнулась я. – А голову моего врага не принесете?

– «Принесешь». И если так настаиваешь, могу и принести.

Не зная, что еще сказать, я подняла на него невидящие глаза. И замерла на полувздохе, когда почувствовала на своих губах его. Цепкие пальцы обхватили мою голову, закапываясь в волосы и легко массажируя виски и затылок. Поцелуй стал требовательным, углубился, заставляя меня отвечать и реагировать…

Оторвавшись наконец, Демьян слегка толкнул меня назад, на подушки.

– Ложись, – уверенно приказал. – Я сделаю тебе оздоровительный массаж – чтоб перестала хандрить.

Глава 20
Глава 20

– Эээ… – я слегка отстранилась. Он серьезно? Я тут ослепла, понимаешь, а у него только «массажи» на уме?!

– Давай-давай, – поторопил он, нажимая на мое плечо еще настойчивее. – От моего массажа еще никто не отказывался. На спину.

Я слегка выдохнула. На спину – значит, и в самом деле массаж. Перевернулась, подминая под щеку подушку, и тщетно попыталась расслабиться.

– Волосы в стороны, и подушку убери, – проинструктировал Демьян, тут же сам вытаскивая из-под меня подушку и разводя пряди моих волос в стороны, на почти ровный пробор.

Меня слегка передернуло, кожа покрылась мурашками...

А ведь он их почувствует, эти мурашки! – испугалась я, но что-либо делать с этим было уже поздно, и я зажмурила невидящие глаза, готовясь к насмешкам.

«От массажа ты тоже обкончаешься?» – была уверена, что вот-вот услышу.

Однако, никто надо мной не насмехался и не подтрунивал. Вместо этого на мою шею плотно легли руки – прохладные, как и всегда. И, как и всегда, неожиданные.

Я слегка подпрыгнула.

– Не дергайся, – недовольно пробормотал Демьян.

И вдавил пальцы с обеих сторон шеи, разминая напряженные, стянутые в жгуты мышцы.

– Мммм… – мои глаза закатились от удовольствия, изо рта вырвался совершенно бесстыжий стон.

О да… Это было лучше, чем секс. Во всяком случае лучше, чем все то сексуальное, что мне удалось испытать до сих пор.

Крепкие, удивительно сильные пальцы господина ректора вминались в мое тело именно там, где они были нужны – вдоль позвоночника и лопаток, забирая в сторону ключиц и сползая к плечам… чудом находя самые болезненные, самые тугие мышцы и делая из них мягкое желе. Кружились, мяли и растирали кожу, пока она не начала жечь, пока кровь не прилила ко всей поверхности спины, и не погрузила меня в горячую, бурлящую пучину самого невероятного блаженства.

Я уже не пыталась сдерживать стоны, с ужасом представляя себе, как буду орать от настоящего секса – если уж от какого-то массажа вся исстоналась…

А вообще, если уж говорить о сексе, массаж произвел на меня совершенно удивительное действие – не просто расслабил, а полностью подчинил и убил мою волю, превратив в какое-то бесхребетное, распластанное существо с отвисшей челюстью и закатившимися в полном блаженстве глазами. Полная имитация пост-оргазменного состояния, как его изображают в порнофильмах!

Закончив с верхней частью спины, руки переместился ниже, и вот тут стало еще сложнее – к физическому удовольствию явно теперь подмешивалось эротическое. И не пост-оргазменное, а явно до!

до

– Эй, вы куда? – заволновалась я, когда ноги мои слегка раздвинули – Демьян усаживался между ними.

– «Ты», – поправил он меня уже по привычке и добавил с некоторым ехидством в голосе. – И я никуда. Я все еще тут.

Он был настолько «тут», что я возблагодарила богов, что меня переодели в нечто вроде пижамы, пусть и тонкой, но зато с длинными штанами – иначе бы вся моя задница уже была на виду.

Минус был в том, что под пижамой у меня ровным счетом ничего не было – даже белья. И тому, что через пару секунд я начала чувствовать в районе ляжек и ягодиц, тонкий шелк явно не был помехой.

– Ты слишком много ходишь… – разминая мою задницу, прокомментировал Демьян – как мне показалось, не очень одобрительно. – Попа у женщины должна все же быть помягче.

– Мммм… – ответила я, имея в виду, что да хожу много. И еще что-то промычала невнятное, подразумевая, что нет, не нужна мне мягкая попа – и такая вполне устраивает.

Говорить по-человечески категорически не получалось.

К счастью, массаж спустился ниже, в сторону ног и подколенных чашечек, и я снова обрела дар речи – временно.

– Где… где ты так научился? – выдохнула, даже вспомнив, что в свете последних событий следует обращаться к ректору на «ты».

– Очень далеко отсюда. А что, хорошо получается? – он усмехнулся и что-то такое проделал с моими икрами, что я чуть не заплакала.

– Еще, еще… – захныкала, совершенно потеряв стыд. Через пару минут икры мои горели, как и все остальное тело, и морально я была готова на очень и очень многое.

И это многое обещало быть.

– Массаж ступней я делаю только избранным, – глухо протянул мой ректор, как-то очень резко подтянувшись и повиснув надо мной на руках, весьма красноречиво толкнувшись в меня пахом. – И только после секса.

Я распахнула глаза, убедилась в том, что все еще не вижу… и вдруг запаниковала – мало того, что слепая, я еще и в полной власти мужчины, который явно считает, что божественным массажем он заслужил секс! Сердце забилось часто-часто, а в голове все никак не могло устаканиться решение – что хуже, лежать вот так, попой кверху, или все же перевернуться на живот, где смогу хотя бы руками отбиться?

– Расслабься, иначе снова мышцы окаменеют.

На плечо мне легла рука, пальцы принялись проминать ключицу… У меня тут же снова отключился мозг и отвисла в блаженстве челюсть.

Может предложить ему трахнуть меня во время массажа – если уж ему так сильно хочется? Так мы, по крайней мере, удовлетворим обоих.

во время

Однако руки вдруг сменились губами, и я задохнулась от неожиданных и совершенно иных ощущений – острых, пугающе ярких. Тело мгновенно напряглось, собралось, готовое то ли податься вверх, вжаться в мощное мужское тело сверху, то ли взвиться в воздух и сбросить его…