Сборник произведений похожий на книгу - „Прости меня за всё“ содержанием, для дальнейшего чтения на сайте

Прости меня за всё | Cтраница 17

Мы вернулись домой, сели в гостиной и принялись пить. По дороге мы купили в хорошем ресторане еду, огромный торт в кондитерской, пир горой.

Мы уже изрядно подпили Илья рассказывал мне о своей жизни. Оказалось он вырос в благополучной семье, но ступил на кривую дорожку, и вот он здесь. Опасаясь за жизнь родителей, отказался от общения с ними, но регулярно отсылает им деньги.

Амин пришёл около шести вечера, вошёл в гостиную, присев в кресло, уставился на нас убийственным взглядом. Он был пьян настолько что, учитывая выпитое нами я смогла заметить его состояние.

— Тебе пора Илья… — злобно выговорил он, покосившись на него. — Проваливай я сказал.

— Ты не имеешь право его гнать! — запротестовала я.

— Серьёзно? А так могу? — вырвав из кобуры пистолет, он направил его на Илью. — Не слышу ответа!

— Отпусти пистолет… — испуганно пробормотала я, приблизившись к нему. — Амин, прошу, зачем ты это делаешь?

Он поднял на меня свои пьяные глаза, усмехнувшись, положил пистолет на стол.

— Никто не имеет право говорить мне что делать. Никто кроме тебя…

Затем он встал и пошёл на второй этаж.

— Ладно, я пойду, лягу гостевой. Боюсь, что он бед натворит, а это я, пожалуй, заберу.

Илья взял со столика пистолет, и пошёл в гостевую.

Все ушли, а я осталась одна, присев на диван взяла вилку и стала ковырять торт.

— Привет…

Я не поверила своим ушам. Это же голос моей сестры Кати! Повернув голову я в изумлении уставилась на неё.

— Катька! Боже мой!…

Вскочив, я кинулась к сестре. Обняв ее, крепко прижала к груди.

— Ты меня обнимаешь… — сказала она со слезами на глазах.

— Да, как же долго я тебя не видела! Какая ты стала!

Я осматривала сестру и от прежней девчонки не осталось и следа. Она стала девушкой, красивой, идеальной просто кукла.

— Ты рыжая…

С улыбкой произнесла она, коснувшись моих волос.

— Как Мама? Отец? Ты здесь я не верю…

— Он привёз меня. Самолёт потом он встретил меня, и я здесь.

— Амин… — закивала я головой. — Он сделал мне подарок. Самый дорогой подарок…

Я расплакалась, а следом и Катя. Выплакавшись, мы сели на диван, я налила себе выпить, а ей только сок, и огромный кусок торта. Амин хотел, чтобы я не грустила, и это у него вышло.

— И ещё… — произнесла она нерешительно.

— Что ещё?

— Я могу остаться…

— Нет, не можешь! Даже не думай!

Её слова привели меня в замешательство.

— Почему? Разве ты не хочешь?

— Я только этого и хочу, но нельзя. Этот мир он просто пугает меня, а ты так молода, нет Катя, ты вернёшься домой.

— Ладно, хорошо, успокойся…

Выдохнув с облегчением, я взяла сестру за руки.

— Ты нужна Маме, одна она не справится. Потом позже, хорошо?

— Да, хорошо.

Прижав к себе сестру, я ощутила страх, он стал расползаться липкой массой в груди подбираясь к сердцу. Она не должна остаться, никогда!!!

Глава 10

Амин


Посадив Катю на самолёт, я вернулся домой. Яна нервно мерила шагами гостиную, заламывая руки, и как только я вошел, бросилась ко мне.

— Ты сошёл с ума? С чего она взяла, что может здесь остаться? А Мама? А ты подумал о её безопасности?

Пока она тараторила, я не мог отвести взгляда от её личика. Вот что ни делай, всё не так!

— Как и о твоей. А теперь я хочу кофе, у меня болит голова…

— Пить меньше надо! И думать башкой…

Выдохнув, я пошёл на кухню, она сведёт меня в могилу.

— Успокойся! Никто никого не тронет!

— Очень надеюсь, а не то…

— Господи, Яна иди… — я замолк, пытаясь собраться с мыслями. — В общем, отстань от меня, у меня болит голова!

— Она будет ещё сильнее болеть…

Мне ничего другого не оставалось, как схватить её, и заткнуть рот поцелуем. И тут я почувствовал, как она размякла в моих руках…

— Яна… — я боялся что ошибся, посмотрев в её покрасневшее личико, понял что нет.

Схватив её за руку потащил наверх, швырнув на кровать, смотрел на неё срывая с себя одежду. Это просто невероятно, я не мог смотреть на других женщин, ни на одну! Мысли о её теле не оставляли меня ни на секунду, и приходилось довольствоваться альтернативным методом.

Как только на мне остались одни трусы, я набросился на неё. В мгновение она лежала уже обнаженная, а мои губы жадно обхватили сосок её прелестной груди. Мой член уже не умещался в тесных плавках, и когда она обхватила его ладошкой, с моих губ сорвался стон. Она никогда прежде не касалась его, да и когда, у нас секс то был дважды, и оба раза всё заканчивалось на печальной ноте. В это раз я хотел довести её до полного изнеможения уж чего, а выдержки у меня предостаточно.

Я двигался к самому сокровенному, осторожно нежно, слушая её стоны мои губы едва коснулись её холмика и она рванула меня на себя, позволив мне овладеть собой. Тесное влажное лоно, настолько упругое, что я с трудом проник в него, готовый в любую секунду взорваться, она больше не кричала от боли, она кончала ярко эмоционально, вцепившись ноготками мне в спину, а я продолжал двигаться в ней, желая только одного: дать ей в полной мере испытать все прелести близости.

— Ты кончила я хочу, чтобы ты ещё раз это испытала…

Вырвав член, я припал к её холмику, впившись в него губами. И вскоре она вновь вспыхнула, он твердел и за мгновения до пика, я вонзил в неё член, и мы оба поднялись к самым небесам.

Она целовала мне плечи, грудь, шею, наши губы слились в поцелуе долгом, неистовым.

— Ты такая сладкая…Я не могу оторваться от этих нежных губ.

— Амин, ты меня смущаешь…

Она уткнулась носом мне в плечо, овив руками за талию. Мой член всё ещё находился в ней, стал вновь твердеть, она это ощутила в изумлении распахнув глаза. Я не мог остановиться, плавно двигаясь в ней, её глаза потемнели от страсти, а я не мог поверить, что вновь могу довести её до наслаждения…

Позже обессиленные и удовлетворённые, мы уснули в объятиях друг — друга.

Открыв глаза я вскочил на кровати, не обнаружив Яну, бросился из комнаты. Квартира оказалась пустой, исследовав все комнаты, я в отчаянии упал в гостиной на диван, обхватив голову руками. И тут услышал, как в двери повернулся ключ, открылась дверь и вошла она с пакетами в руках, а следом Илья.

Они оба переглянулись, до меня, наконец, дошло, что я стою голый.